|
Ноги Грема занесло далеко вперед и он значение имени гагик имени имени снова свалился на землю. Я склонился над ним по прежнему пошатываясь, едва находя точку опоры. Я пожал плечами, отодвинулся в сторону. Гремлин поднялся, встал ко мне спиной и вдруг с разворотом махнул кулаком, целясь в переносицу. Я вновь уклонился от удара, перехватил его запястье и когда его кулак оказался зафиксированным в захвате, вцепился зубами в большой палец. Он сделал это настолько сильно, что легкого толчка в грудь хватило, чтобы он, снова потеряв равновесие, грохнулся на спину. Я протянул ему руку предлагая подняться. Грем упрямо боднул головой. Отряхнул мусор и пыль как смог с одежды. Ты же был просто монахом. Большинство новобранцев в легионах служили не ради солдатского жалования, а ради возможности приобрести богатство разграбляя вражеские города. Командиры поощряли это стремление и отдавали на растерзание солдатам захваченные селения. Грем не считал это зазорным и добрая половина его состояния была нажита именно таким путем. Мне такая нажива претила, хотя я не осуждал Цезарей. Я ответил, как мне показалось, полный достоинства. Доспехи и оружие достались мне по праву, Грем. Я выиграл в том поединке не только свободу.

Со вчерашнего утра, легионер. Персональная вендетта и наличие врагов всегда добавляли уважения. Но, мой ответ, похоже, Гремлина озадачил. Паузу пришлось укорачивать самому. Можешь не опасаться удара в спину, Грем. Если врагом окажешься ты, я вызову тебя на поединок. Потом улыбнулся и махнул рукой. Ты умеешь убивать красиво. Мне бы понравилось быть твоим кровником. Я гагик не стал. От интенсивных физических упражнений я окончательно протрезвел и взлетел как птица на лошадь позади Грема. Она немного присела, поскольку не привыкла таскать двоих, но выправилась и мирно затрусила по дороге, которая так или иначе должна была привести нас к дому. Я сидел за широкой спиной Грема и обозревал окрестности насколько гагик позволяла это сделать не очень удобная поза. Этот мир был по своему красив. имени небо налитое синевой с впаянным в него не жарким солнцем, великолепные горы, может быть чрезмерно высокие, чрезмерно островерхие, чрезмерно красивые. Именно эта чрезмерность и привлекает сюда нас. Здесь все немножко "слишком". Это "слишком" мне нравилось.
|